На протяжении десятилетий День Победы 9 Мая остается самым трогательным, самым душевным праздником страны. Никакие другие праздники не смогут сравниться с ним.
Ветеран в орденах, ведущий за руку внука, - символ силы Отечества, прочной связи поколений. Именно 9 Мая мы как-то особенно сильно чувствуем гордость за свою историю и хотим верить, что преодолеем все беды. Ведь у нашей страны великая история и великие победы.
В доме семьи Пухидских много цветов. Ухоженность и теплота во всей обстановке квартиры. Супруги Пухидские неразлучны вот уже 55 лет. Ни годы, ни трудности не приглушили в них юношеского жизнелюбия. Владимир Михайлович Пухидский - почетный ветеран «Хабаровскэнерго» с почти сорокалетним стажем работы в Хабаровских электрических сетях.
Но, безусловно, накануне праздника Победы поводом для встречи послужил другой его опыт – фронтовой.
Война застала 14-ти летнего Володю Пухидского в Кронштадте. Тяжело было его матери-учительнице растить одной троих детей, вот и решил Володя обучаться рабочей профессии, чтобы стать самостоятельным добытчиком.
В 40-м году в Кронштадте открывались ремесленные училища. На морзаводе 101 цех изготовлял морскую технику для базы Балтийского флота - линкоры, крейсера, эсминцы. А ремесленное училище готовило все кадры для морзавода - токарей, слесарей, минёров, торпедистов. Осенью 1940-го года Володя Пухидский приехал туда. До лета проучился в группе токарей, летом уже готовились сдавать первые экзамены…
Память фронтовика спустя десятилетия восстанавливает и приближает к нам то время, полное ратного труда, опасностей и необратимых утрат.
- Город военный, гражданского населения мало. Естественно, дали указание об эвакуации в Ленинград. А немцы были уже у побережья. Пройти в Ленинград по фарватеру было сложно. Капитан дает команду идти на пирс, мы идем. А ночь лунная, значит, отменяется переход. Все-таки после трех попыток прошли.
В сентябре эвакуировались в Ленинград, там и застряли. Из города уже никуда невозможно было выйти – началось блокадное окружение.
Самыми тяжелыми были первые семь месяцев, когда разбомбили Бадаевские склады со стратегическими запасами для города. И ничего ни откуда не поступало. 125 граммов хлеба в день нам давали – и всё. Много людей от голода умерло тогда.
Бомбежки были непрерывные. Мы тогда боролись с «зажигалками» - это такие горящие снаряды. Немец налетит, «зажигалки» на дом сбросит, а мы, чтобы пожара не было, хватали эти «зажигалки» клещами и в воде их гасили. Для этого на всех чердаках расставляли бочки с водой.
Страшно, конечно, было. Идешь по улице, смотришь, бредет человек и еле-еле тащит санки с умершим. Потом уже сил у него не хватает, он отпускает эти санки и плетется обратно, а труп на улице снегом заносит. Или возле дома на крылечке сидит человек, подойдешь, а он мертвый и лицо ледяное.
В марте 42-го года нас стали эвакуировать по Дороге жизни через Ладожское озеро. Шли мы уже по колено в воде, колеса машин все были в воде и пробуксовывали. Несколько машин тогда затонуло. Перевезли нас за Ладогу и отправили на юг для «откорма». Через месяц мало-помалу поправились. А летом 42-го набрали группу из наших учеников и отправили на авиационный завод в Москву.
В 43-м 7 ноября меня призвали в армию. Немножко воевал под Ленинградом. А потом нас сняли и увезли на Дальний Восток. Я служил здесь на станции Розенгартовка. Учеба, строевые будни. Здесь встретили окончание войны.
А 9 августа 45-го перешли через Уссури в Китай. Надо было освобождать Китай от японских войск. До 3 сентября мы прошли с боями по селам, по болотам километров двести. Когда закончилась эта эпопея , 15 сентября 1945 года, нас отправили на родину. Я дослуживал здесь, на Красной речке, стоял на охране военных объектов.
Вот такая у меня получилась срочная военная служба – семь лет. Тогда такое время было - некем было заменить, людей-то служивых после войны не хватало, поэтому и служили так долго. Пока малолетки подрастали, более старшие оставались на службе, так нас выравнивали.
Демобилизовали меня в 1950-м году. Ехать было некуда. Мать умерла. Дома на родине тоже не было. Ну и друг мне сказал: «Давай останемся в Хабаровске?» Ну, давай. Поступил на работу в краевой комитет ДОСААФ инструктором по военной подготовке и спорту. И там я работал семь лет, занимался спортом, стал мастером спорта и судьей республиканской категории по пулевой стрельбе.
Одновременно учился. Решил все-таки начать снова с седьмого класса. Думаю, прошло уже много лет, много чего подзабылось, надо бы повторить. Закончил 10-й класс в Хабаровской краевой общеобразовательной школе (была такая на Комсомольской улице). Вот такой выпускник тридцатилетний. Потом пошел на подготовительные курсы в железнодорожный техникум – друзья-спортсмены убедили.
Вместе с дипломом техника общестроительных работ получил направление для работы на Сахалине. А я уже к тому времени семьей обзавелся, родился первый сын и на подходе был второй ребенок. В исполкоме вошли в положение и трудоустроили в Хабаровские электрические сети. Стал я работать мастером в строительной группе, занимался ремонтом и строительством трансформаторных подстанций. Проработал в Хабаровских электросетях до 1996-го года. Оттуда и на пенсию проводили, мне уже 70 лет было.
Дочь работает врачом-окулистом. Сын – обувщик. Вот недавно внучку выдали замуж, ждем правнуков.
У меня раньше никогда своего жилья не было. Как и многие тогда, мы с семьёй ютились в барачных коммуналках. В 66-м Хабаровские электросети дали мне вот эту квартиру. Такая радость была! Сейчас, конечно, тоже время нелегкое. Я даже не могу представить, чем бы я сейчас занимался, будь мне двадцать лет. Но ведь живут люди… Наверное, самое главное – быть оптимистом, жить и работать с мыслью о завтрашнем дне, о том, что жизнь будет улучшаться и не бояться временных трудностей.
Правду говорят, что Бог не по силам ношу не дает. Владимир Михайлович, закаленный трудностями военной юности, по всей своей жизни пронес тягу к светлому мироощущению. Да и выглядит он вполне моложаво, мыслит и рассуждает позитивно, не замутняет свое мировосприятие осуждением нового времени. Он убежден, что делать этого не нужно. Меняются времена, изменяются люди, но зрелый человек все равно всегда приходит к признанию главных человеческих ценностей – жизнелюбию, упорству, самоуважению и доброте к окружающим.
Ирина Чернова.